![Этот день](/images/td_08.png)
Города, впоследствии составившие ядро ассирийского государства (Ниневия, Ашшур, Арбела и др.), до XV в. до х.э., по-видимому, не представляли собой единого политического или даже этнического целого. Более того, в XV в. не существовало даже и самого понятия "Ассирия". Поэтому встречающееся иногда применительно к державе Шамши-Адада I (1813-1783 гг. до х.э., см. ниже) обозначение "староассирийская" ошибочно: Шамши-Адад I никогда и не считал себя царем Ашшура, хотя позднейшие ассирийские царские списки (I тысячелетие до х.э.) действительно включают его в число ассирийских царей.
Ниневия первоначально, по-видимому, была хурритским городом. Что же касается г. Ашшур, то его название, очевидно, семитское, и население этого города было в основном аккадским. В XVI - XV вв. до х.э. эти города-государства зависели (иногда лишь формально) от царей Митанни и касситской Вавилонии, но уже с конца XV в. правители Ашшура считали себя независимыми. Они, как и вообще верхушка горожан, были весьма богаты. Источником их богатств служила посредническая торговля между югом Месопотамии и странами Загроса, Армянского нагорья, Малой Азии и Сирии. Одним из важнейших предметов посреднической торговли во II тысячелетии до х.э. были ткани и руды, а ее центральными пунктами - Ашшур, Ниневия и Арбела. Здесь же, возможно, происходило очищение серебряно-свинцовых руд. Из Афганистана через те же центры шло и олово.
Ашшур был центром сравнительно небольшого номового государства. В XX-XIX вв. до х.э. он был исходным пунктом одного из путей международной торговли, тесно связанным с другим торговым центром - Канишем в Малой Азии, откуда Ашшур ввозил серебро. После завоевания Верхней Месопотамии Шамши-Ададом I, а восточной части Малой Азии - хеттскими царями торговые колонии в Малой Азии прекратили свое существование, но Ашшур продолжал сохранять большое хозяйственное и политическое значение. Правитель его носил титул ишшиакку (аккадизация шумерского слова энси); его власть практически была наследственной. Ишшиакку был жрецом, администратором и военным вождем. Обычно он же занимал и должность укуллу, т.е., видимо, верховного землеустроителя и председателя общинного совета. Из состава совета выдвигались ежегодно сменяемые лимму - эпонимы года и, возможно, казначеи. Постепенно места в совете все больше замещались людьми, близкими к правителю. Сведений о народном собрании в Ашшуре нет. С усилением власти правителя значение органов общинного самоуправления падало.
Территория ашшурского нома состояла из мелких поселений - сельских общин; во главе каждой стоял совет старейшин и администратор - хазанну. Земля была собственностью общины и подлежала периодически переделам между семейными общинами. Центром такой семейной общины являлась укрепленная усадьба - дунну. Член территориальной и семейной общины мог продать свой надел, который вследствие такой продажи выбывал из состава семейно-общинной земли и становился личной собственностью покупателя. Но сельская община контролировала подобные сделки и могла заменить продаваемый участок другим, из запасного фонда. Сделка также должна была утверждаться царем. Все это показывает, что товарно-денежные отношения в Ашшуре развивались быстрее и зашли дальше, чем, например, в соседней Вавилонии. Отчуждение земли здесь уже стало необратимым. Следует отметить, что покупаются иногда целые хозяйственные комплексы - усадьба с полем, домом, гумном, садом и колодцем, всего от 3 до 30 га. Скупщиками земли были обычно ростовщики, занимавшиеся также и торговлей. Это последнее обстоятельство подтверждается тем фактом, что "деньгами" служит, как правило, не серебро, а свинец, причем в очень больших количествах (сотни килограммов). Рабочую силу для своих новоприобретенных земель богачи добывали посредством долговой кабалы: заём выдавался под залог личности должника или члена его семьи, причем в случае просрочки платежа эти люди считались "купленными за полную цену", т.е. рабами, хотя бы до этого они являлись полноправными общинниками. Существовали и другие средства закабаления, такие, как "оживление в беде", т.е. помощь во время голода, за которую "оживленный" попадал под патриархальную власть "благодетеля", а также "усыновление" вместе с полем и домом и, наконец, "добровольная" отдача себя под покровительство богатого и знатного лица. Поэтому в руках немногих богатых семей концентрировалось все больше земли, а общинные земельные фонды таяли. Но общинные повинности по-прежнему лежали на сильно обедневших домашних общинах. Владельцы новообразованных имений жили в городах, а общинные повинности за них несли зависимые жители селений. Ашшур теперь именуется "город среди общин" или "община среди общин", а привилегированное положение его жителей позже официально закрепляется освобождением от поборов и повинностей (точная дата этого события неизвестна). Жители сельских общин продолжают платить многочисленные поборы и несут повинности, среди которых первое место занимает воинская.
Итак, Ашшур был небольшим, но весьма богатым государством. Богатство создавало ему возможности для усиления, но для этого необходимо было ослабление главных соперников, которые могли бы в зародыше подавить попытки Ашшура к экспансии. Правящие круги Ашшура уже начали исподволь готовиться к ней, укрепляя центральную власть. Между 1419 и 1411 гг. до х.э. была восстановлена разрушенная митаннийцами стена "Нового города" в Ашшуре. Воспрепятствовать этому Митанни не смогло. Хотя митаннийские и касситские цари продолжают считать ашшурских правителей своими данниками, эти последние завязывают прямые дипломатические отношения с Египтом. С начала XIV в. ашшурский правитель называл себя "царем", хотя пока лишь в частных документах, но уже Ашшутубаллит I (1365-1330 гг. до х.э.) впервые именовал себя "царем страны Ассирии" в официальной переписке и на печатях (хотя все еще не в надписях), а египетского фараона называл своим "братом", подобно царям Вавилонии, Митанни или Хеттской державы. Он принял участие в военно-политических событиях, приведших к разгрому Митанни, и в дележе большей части митаннийских владений. Ашшурубаллит I неоднократно вмешивался также и в дела Вавилонии, участвуя в династийных распрях. В дальнейшем в отношениях с Вавилонией периоды мира сменялись более или менее серьезными военными столкновениями, в которых Ассирия далеко не всегда имела успех. Зато ассирийская территория неуклонно расширялась на запад (верхний Тигр) и на восток (горы Загрос). Рост влияния царя сопровождался падением роли городского совета. Царь превращается фактически в самодержца. Адад-нерари I (1307-1275 гг. до х.э.) к своим прежним должностям, положенным ему как ашшурскому правителю, добавляет еще и должность лимму - казначея-эпонима первого года своего правления. Он же впервые присваивает себе титул "царь обитаемого мира" и, таким образом, является подлинным основателем Ассирийской (Среднеассирийской) державы. В его распоряжении имелось сильное войско, основу которого составляли царские люди, получавшие за службу либо специальные земельные наделы, либо только паек. В случае необходимости к этому войску присоединялось ополчение общин. Адад-нерари I успешно воевал с касситской Вавилонией и отодвинул границу Ассирии довольно далеко на юг. О его деяниях была даже сложена поэма, но в действительности успехи на "южном фронте" оказались непрочными. Адад-нерари I совершил также два успешных похода против Митанни. Второй из них завершился низложением митаннийского царя и присоединением всей территории Митанни (вплоть до большой излучины Евфрата и г. Каркемиш) к Ассирии. Однако сыну и преемнику Адад-нерари, Салманасару I (1274-1245 гг. до х.э.), пришлось вновь воевать здесь с митаннийцами и их союзниками - хеттами и арамеями. Ассирийская армия попала в окружение и была отрезана от водных источников, но сумела вырваться и разбить врага. Вся Верхняя Месопотамия была вновь присоединена к Ассирии, а Митанни прекратило существование. Салманасар сообщает в своей надписи, что он взял в плен 14 400 вражеских воинов и всех их ослепил. Здесь мы впервые встречаем описание тех свирепых расправ, которые с ужасающей монотонностью повторяются в последующие века в надписях ассирийских царей (начало им, впрочем, положили хетты). Салманасар воевал также против горных племен "уруатри" (первое упоминание о родственных хурритам урартах). Во всех случаях ассирийцы разрушали города, жестоко расправлялись с населением (убивали или калечили, грабили и налагали "знатную дань"). Угон пленных в Ассирию практиковался еще редко, и, как правило, угоняли лишь квалифицированных ремесленников. Иногда пленных ослепляли. Очевидно, потребность в рабочей силе для сельского хозяйства ассирийская знать удовлетворяла за счет "внутренних ресурсов". Главная же цель ассирийских завоеваний в этот период состояла в овладении международными торговыми путями и собственном обогащении за счет доходов от этой торговли путем взимания пошлин, но главным образом за счет прямого грабежа.
При следующем ассирийском царе, Тукульти-Нинурте I (1244-1208 гг. до х.э.), Ассирия уже была великой державой, охватывавшей всю Верхнюю Месопотамию. Новый царь дерзнул даже вторгнуться на территорию Хеттского царства, откуда увел "8 саросов" (т.е. 28 800) пленных хеттских воинов. Тукульти-Нинурта I воевал также против степных кочевников и горцев севера и востока, в частности с "43 царями (т.е. племенными вождями) Наири" - Армянского нагорья. Походы теперь происходят регулярно, каждый год, но не столько с целью расширения территории, сколько просто ради грабежа. Зато на юге Тукульти-Нинурта осуществил грандиозное деяние - завоевал касситское Вавилонское царство (ок. 1223 г. до х.э.) и владел им более семи лет. Об этом его подвиге была сложена эпическая поэма, а новый титул Тукульти-Нинурты теперь гласил: "могучий царь, царь Ассирии, царь Кар-Дуниаша (т.е. Вавилонии), царь Шумера и Аккада, царь Сиппара и Вавилона, царь Дильмуна и Мелахи (т.е. Бахрейна и Индии), царь Верхнего и Нижнего моря, царь гор и широких степей, царь шубарейцев (т.е. хурритов), кутиев (т.е. восточных горцев) и всех стран Наири, царь, слушающий своих богов и принимающий знатную дань четырех стран света в городе Ашшуре". Титул, как видно, не совсем точно отражает реальное положение вещей, но содержит целую политическую программу. Во-первых, Тукульти-Нинурта отказывается от традиционного титула "ишшиакку Ашшура", но зато именует себя древним титулом "царь Шумера и Аккада" и ссылается на "знатную дань четырех стран света", подобно Нарам-Суэну или Шульги. Он претендует также на территории, не входившие еще в состав его державы, а также особо упоминает главные торговые центры - Сиппар и Вавилон и торговые пути в Бахрейн и Индию. Дабы полностью освободиться от всякого влияния со стороны общинного совета Ашшура, Тукульти-Нинурта I переносит свою резиденцию в специально построенный неподалеку от Ашшура город Кар-Тукульти-Нинурта, т.е. "Торговая пристань Тукульти-Нинурты", явно намереваясь перенести сюда центр торговли. Здесь же был сооружен грандиозный дворец - парадная резиденция царя, где он даже принимал в качестве гостей самих богов, т.е., разумеется, их статуи. Специальные указы во всех тонкостях определяли сложнейший дворцовый церемониал. Личный доступ к царю имели теперь лишь немногие особо высокопоставленные придворные (обычно евнухи). Чрезвычайно суровый регламент определял распорядок в дворцовых покоях, правила совершения специальных магических ритуалов для предотвращения зла и т.п.
Однако время осуществления "имперских" притязаний еще не настало. Традиционная ашшурская знать оказалась достаточно могущественной, чтобы объявить Тукульти-Нинурту I безумным, низложить его, а затем убить. Новая царская резиденция была заброшена.
Вавилония умело воспользовалась внутренними смутами в Ассирии, и все последующие ассирийские цари (кроме одного) были, видимо, просто-напросто вавилонскими ставленниками. Один из них вынужден был вернуть в Вавилон увезенную Тукульти-Нинуртой статую Мардука.
Впрочем, Ассирия сохранила под своей властью всю Верхнюю Месопотамию, а к моменту вступления на престол Тиглатпаласара I (1115-1077 гг. до х.э.) в Передней Азии сложилась исключительно благоприятная для Ассирии политическая обстановка. Хеттское царство пало, Египет переживал упадок. Вавилония подверглась нашествию южноарамейских кочевников - халдеев. В этой политической обстановке Ассирия фактически оставалась единственной великой державой. Нужно было лишь выстоять среди общего хаоса, а затем вновь приступить к завоеваниям. И то и другое, однако, оказалось куда более трудным, чем можно было предполагать. Племена, появившиеся в Передней Азии в результате этнических передвижений конца II тысячелетия до х.э., - протоармянские племена, абешлайцы (возможно, абхазы), арамеи, халдеи и др. - были многочисленны и воинственны. Они вторгались даже в пределы Ассирии, так что для начала пришлось думать об обороне. Но Тиглатпаласар I был, по-видимому, хорошим полководцем. Он очень быстро сумел перейти к наступательным действиям, двигаясь все дальше на север. Ряд племен ему удалось склонить на свою сторону без боя, и они были "причислены к людям Ассирии". В 1112 г. Тиглатпаласар отправился в поход из Месопотамии вверх по левому берегу Евфрата. Точный маршрут этого похода неизвестен, но, по-видимому, он проходил по древнему торговому пути. В анналах сообщается о победе над десятками "царей", т.е. в действительности вождей. В частности, можно предполагать, что, преследуя "60 царей Наири", ассирийское войско вышло к Черному морю - примерно в районе нынешнего Батуми. Побежденные подвергались ограблению, сверх того, на них налагали дань, а для обеспечения ее регулярной уплаты брали заложников. Походы на север продолжались и в дальнейшем. Об одном из них напоминает надпись на скале к северу от оз. Ван.
Дважды Тиглатпаласар совершал походы на Вавилонию. Во втором походе ассирийцы захватили и разорили ряд важных городов, в том числе Дур-Куригальзу и Вавилон. Но около 1089 г. ассирийцы были вновь отброшены вавилонянами на свою коренную территорию. Однако главное внимание еще с 1111 г. пришлось уделять арамеям, ставшим чрезвычайно серьезной угрозой. Медленно, но неуклонно они просачивались в Северную Месопотамию. Тиглатпаласар не раз предпринимал походы против них даже к западу от Евфрата. Он громил кочевников в оазисе Тадмор (Пальмира), перевалил через горы Ливана и прошел Финикию до самого Сидона. Он даже совершил здесь прогулку на корабле и охотился на дельфинов. Все эти деяния принесли ему громкую славу, но их практические результаты были ничтожны. Ассирийцам не только не удалось закрепиться к западу от Евфрата, но они не смогли и отстоять территории к востоку от него.
Хотя ассирийские гарнизоны все еще сидели в городах и крепостях Верхней Месопотамии, степь была наводнена кочевниками, перерезавшими все коммуникации с коренной Ассирией. Попытки последующих ассирийских царей заключить против вездесущих арамеев союз с царями Вавилонии тоже не принесли пользы. Ассирия оказалась отброшенной на свои коренные земли, а ее экономическая и политическая жизнь пришла в полный упадок. С конца XI по конец Х в. до х.э. до нас не дошло из Ассирии почти никаких документов или надписей. Новый период в истории Ассирии начался лишь после того, как она сумела оправиться от арамейского вторжения.
В области литературы, науки и искусства ассирийцы во II тысячелетии до х.э. не создали почти ничего оригинального, полностью переняв вавилонские и частично хуррито-хеттские достижения. В ассирийском пантеоне в отличие от вавилонского место верховного бога занимал Ашшур ("отец богов" и "Эллиль богов"). Но Мардук и другие боги общемесопотамского пантеона тоже весьма почитались в Ассирии. Особо важное место среди них занимала грозная богиня войны, плотской любви и плодородия Иштар в двух своих ипостасях - Иштар Ниневийской и Иштар Арбельской. В Ассирии Иштар играла еще и специфическую роль покровительницы царя. У хеттов и, вероятно, митаннийцев был позаимствован литературный жанр царских анналов, но наибольшее развитие он получил в I тысячелетии до х.э.
Весьма интересным культурно-историческим и бытовым памятником эпохи являются так называемые "Среднеассирийские законы" (сокращенно САЗ), которые представляют собой, скорее всего, не законы государства, а своего рода "научную" компиляцию - свод различных законодательных актов и норм обычного права Ашшурской общины, составленный для обучения и для практических нужд. Всего сохранилось 14 табличек и фрагментов, которые принято обозначать прописными латинскими буквами от А до О. Сохранность их различна - от почти полной до очень плохой. Некоторые фрагменты были первоначально частями одной таблички. Они датируются XIV-XIII вв. до х.э., хотя сам текст, видимо, несколько старше.
Своеобразие САЗ проявляется в том, что они соединяют в себе как черты весьма архаичные, так и серьезные нововведения.
К последним относится, например, метод систематизации норм. Они группируются в соответствии с предметом регулирования в очень крупные "блоки", каждому из которых посвящена особая табличка, ибо "предмет" понимается в САЗ чрезвычайно широко. Так, Табл. А (пятьдесят девять параграфов) посвящена различным аспектам правового положения свободной женщины - "дочери человека", "жены человека", вдовы и т.п., а также блудницы и рабыни. Сюда же входят различные правонарушения, совершенные женщиной или против нее, брак, имущественные отношения супругов, права на детей и т.п. Иными словами, женщина выступает здесь и как субъект права, и как его объект, и как преступница, и как потерпевшая. "Заодно" сюда же отнесены действия, совершаемые "женщиной или мужчиной" (убийство в чужом доме; чародейство), а также дела о мужеложстве. Такая группировка, разумеется, значительно удобнее, но и ее недостатки очевидны: воровство, например, оказывается в двух разных табличках, ложные обвинения и ложные доносы тоже попадают в разные таблички; такая же участь постигает и нормы, касающиеся наследования. Впрочем, эти недостатки очевидны лишь с нашей, современной точки зрения. Новым, по сравнению с Законами Хаммурапи, является также чрезвычайно широкое применение публичных наказаний - порки и "царской работы", т.е. своего рода каторжных работ (помимо денежной компенсации потерпевшему). Такое явление для столь ранней древности уникально и может объясняться как необычайно высоким развитием правовой мысли, так- и сохранением общинной солидарности, рассматривавшей многие правонарушения, особенно в области земельных отношений или против чести и достоинства свободных граждан, как затрагивающие интересы всей общины. С другой стороны, САЗ, как уже отмечалось, содержат и черты архаические. К ним можно отнести законы, согласно которым убийца выдается "хозяину дома", т.е. главе семьи убитого. "Хозяин дома" может поступить с ним по своему усмотрению: убить или отпустить, взяв с него выкуп (в более развитых правовых системах выкуп за убийство не допускается). Такое смешение архаичных черт с чертами сравнительно высокого развития характерно и для самого среднеассирийского общества, как оно отражено в САЗ.
Ашшур был богатым торговым городом. Значительное развитие товарно-денежных отношений позволило законодателям широко применять денежные компенсации в виде десятков килограммов металла (неясно, свинца или олова). Однако при этом существовала долговая кабала на весьма жестких условиях: по истечении определенного срока заложники считались "купленными за полную цену". С ними можно было обращаться как с рабами, подвергать телесным наказаниям и даже продавать "в другую страну". Земля служит объектом купли-продажи, хотя и под контролем властей. Из деловых документов видно, что община может заменить продаваемый участок земли другим, т.е. частная собственность на землю сочетается с сохранением определенных прав общины.
Патриархальность семейных отношений, очевидная уже из приведенного выше порядка наказания убийц, становится еще яснее при взгляде на те законоположения, которые регулируют семейное право. Существует еще "большая семья", и власть домовладыки чрезвычайно широка. Он может отдавать своих детей и жену в залог, подвергать жену телесным наказаниям и даже наносить ей увечья. "Как ему угодно" он может поступить и со своей "согрешившей" незамужней дочерью. Прелюбодеяние карается смертью для обоих его участников: застав их на месте преступления, оскорбленный муж может убить их обоих. По суду же на прелюбодея накладывалось такое же наказание, какому муж пожелает подвергнуть свою жену. Женщина могла стать юридически самостоятельной лишь в том случае, если она овдовела и не имеет ни сыновей (хотя бы малолетних), ни свекра, ни других родичей мужа - мужчин. В противном случае она остается под их патриархальной властью. САЗ устанавливают весьма несложную процедуру превращения наложницы-рабыни в законную жену и узаконения рожденных ею детей, но во всех остальных случаях отношение к рабам и рабыням чрезвычайно сурово. Рабыням и блудницам под страхом тяжелого наказания запрещалось носить покрывало - обязательную принадлежность костюма свободной женщины. Однако тяжелые наказания накладываются на рабыню по закону, а не по произволу господ.
САЗ упоминают также некие категории зависимых людей, однако точный смысл соответствующих терминов пока не вполне ясен (из деловых документов видно, что практиковалось и "добровольное" поступление свободных людей под покровительство знатных лиц, т.е. превращение свободных в клиентов). В ассирийском судопроизводстве широко применялись ордалия (испытание водой) и клятва. Отказ от ордалии и клятвы был равносилен признанию вины. Наказания, налагаемые по САЗ, как правило, чрезвычайно суровы и исходят, хотя и не столь последовательно, как Законы Хаммурапи, из принципа талиона (воздаяние равным за равное), что выражается в широком применении членовредительных наказаний.
12.01Вильгельм Оранский. Последние годы жизни
12.01Вильгельм Оранский. Борьба за единство Нидерландов
09.01Вильгельм Оранский в 1567 - 1576 гг.
04.09Вильгельм Оранский. Вождь оппозиции
04.09Вильгельм Оранский. Начало политической деятельности